Вопрос. Живопись и рельеф в искусстве Древнего Египта.

Живопись и рельеф в Древнем Царстве

Первые известные в египетском искусстве проявления живописи фрагментарны и едва ли могут помочь воссоздать картину ее применения, однако живопись с самого начала египетской культуры была главным декоративным искусством, не ограничиваясь только росписью стен, но находя применение к любой основе, такой, как керамика, ткани или папирус.

Первая сохранившаяся настенная живопись принадлежит погребальному склепу IV тысячелетия до н.э., расположенному в Гиераконполе, в Верхнем Египте. На ней изображаются животные, люди, а также лодки, образующие сложную композицию размещенных рядом фигур, которые не обнаруживают конкретного пространственного направления. Живопись, дошедшая до нас от Древнего Царства, скудна и не дает возможности представить во всем объеме развитие этого искусства во времена первых династий, однако, должно быть, изображались многочисленные сцены для декорации стен гробниц.

Сцена на барельефе изображает человека с антилопой, выполнена во времена IV династии. «Стела Мернепта», углубленный рельеф эпохи XIX династии.

Начиная с III династии изобразительные модели унифицируются и различные опробованные решения складываются в уже зрелый единообразный стиль, который станет характерным для всей страны. Расписной рельеф обретает монументальный характер, будучи нанесенным на стены мастабов, и прежде всего первого крупного погребального комплекса царя Джосера. Фрески и рельефы создают обстановку, призванную окружать покойника в его гробнице. Рельеф достигает высокой филигранности, в том числе на мельчайших силуэтах иероглифов.

"Стела Мернепта" контрасты выражаются более ясно и активно воздействуют на зрительное восприятие сценических образов, сделанных углубленными в поверхности, используемой в качестве фона.

Стена в рельефах ранней эпохи, относящаяся к I фиванской династии, добивается таких достижений в формах, которые позднее станут общераспространенными.

Речь идет о «Стеле Вади», изображающей бога Гора над иероглифом царя-змеи. Впервые создаются стелы, представляющие имя царя на монументальном уровне. Весьма тонко отделанная, эта идеограмма синтезирует фигуры обоих животных: сокола, возвышающегося над строением дворца, внутри которого содержится змея. Филигранность техники и гармония композиции делают эту идеограмму одним из самых значительных рельефов в египетском искусстве.

Другие, более поздние панели, относящиеся к гробнице Хезира в Саккаре времен V династии, выполнены из дерева с тщательной резьбой на каждом из ее элементов, демонстрирующей эффективность техники в руках египетских ремесленников.

Изображение деталей: внимательное созерцание действительности

В первых настенных росписях применяется узкая гамма красителей (коричневые, черные, белые, красные и зеленые), но смешиваемая с таким умением, которое обеспечивает великое разнообразие оттенков, о чем свидетельствует роспись, относящаяся к одному из мастабов в Медуме («Гуси», Каир, Египетский музей), принадлежавшего Не-фермаату, крупному чиновнику IV династии. Картина изображает охоту на птиц с силками. На розовато-сером фоне свободно пасутся нильские гуси. Туловища гусей с большой тщательностью переданы в характерном для них профиле. Обстоятельность изображения каждого перышка говорит о точности воспроизведения оригинальной модели, которая может быть схвачена лишь посредством внимательного наблюдения природы. К белым и черным тонам добавлена цветовая гамма из красного, коричневатого и зеленого.



Во времена Древнего Царства барельеф и живопись не различались между собою и составляли средство выражения, применяемое в декорации гробниц царских и должностных особ. Фрагмент барельефа, относящийся к мастабу царского писца III династии Хезира в Саккаре, который изображает покойника сидящим перед столом подношений и хранится в Египетском музее в Каире

Другие фрагменты, изображающие птиц и крокодилов, фрагменты из гробницы Метхета VI династии в Саккаре (Париж, Лувр), воспроизводят фигуры, передаваемые несколькими характерными существенными чертами и с высокой степенью уверенности и зрелости линий. По сравнению с животными изображение человеческой фигуры подчинено жесткому канону, который все же не столь строг при воспроизведении персонажей второстепенных или относимых к низшему социальному классу, таких, как слуги, ремесленники и крестьяне. Эти фигуры обретают большую живость, причем не только во взгляде, но также и в динамизме жестов и поз. Эти персонажи изображаются в процессе труда (сцены из гробниц IV и V династий). Фигуры дровосеков, пастухов и крестьян весьма экспрессивны. Тем не менее, когда эти же самые фигуры выступают в качестве носильщиков подношений, как в случае с гробницей Анк-Ма-Гора в Саккаре, они воплощают в себе большую сдержанность и неподвижность.

Одной из распространенных в маста-бах является сцена охоты в болотистых водах. Гробница чиновника Ти в некрополе Саккара, относящаяся ко времени V династии, обнаруживает некоторые из самых красивых картин в барельефе. Среди них выделяется одна картина больших размеров, на которой изображаемый представлен в своей лодке, между тем как его слуги преследуют с копьями речных гиппопотамов. Геометрические формы доминируют в каждом из элементов, вставляя их в строгий порядок вертикальных и горизонтальных линий: фон образует обширная картина стеблей папирусов треугольного профиля; горизонтальная линия, отмечающая водный массив, обнаруживает внутри себя зигзагообразные линии. Даже птичьи гнезда в верхней части сцены распределяются в строгом порядке.

Живопись и рельеф в Среднем Царстве

На протяжении данной эпохи в украшении частных гробниц наибольшее значение отводилось фигурам круглого силуэта, воспроизводящим различные профессии, а рельеф и настенная живопись оставлялись на втором плане. Тем не менее в скальных гробницах Бени-Ха-сана имеется множество композиций росписи, среди которых появляются изображения семитских племен. На них скрупулезно воспроизводятся одежды.

Ввиду того, что техникой египетской живописи была темпера (красители смешивались с водой, в которую в качестве связующего вещества добавлялся яичный белок или растительный клей), существует немного образцов, на которых сохранилась бы первоначальная живость красок, которые, с другой стороны, раскрашивали всю изображенную в сценах поверхность. Барельеф из мастаба должностного лица V династии Ти в Саккаре

Например, фриз с женщинами из гробницы Кнемхотепа. С развитием архитектуры рельеф обретает важное значение в украшении храмов, проявляя структуру и упорядоченность, которые отсутствовали в эпоху Древнего Царства. Начиная с царствования Сенусерта I постоянным становится применение техники углубленного рельефа, помещаемого на священных стенах. Расписанный многоцветный рельеф использовался, как правило, в украшении саркофагов, воспроизводя различные образы в процессе какой-либо деятельности, как демонстрирует, например, саркофаг Кавит (Каир, Египетский музей), выполненный из известкового камня. На одном из рисунков доят корову, а на рисунке рядом жрица Кавит пробует молоко, пока служанка ее одевает. Это один из самых утонченных образцов углубленного рельефа. На нем контуры волос на голове, плеч и рук вырезаны более глубоко, чем детали туловища. В высшей степени стройные женские фигуры отражают элегантный вкус и стилизованный канон удлиненных линий.

Начиная с эпохи Среднего Царства техника выполнения углубленного рельефа стала использоваться для украшения главным образом погребальных предметов, таких как саркофаги. Кроме того, рельеф перестал применяться для декорации стен храмов и царских погребальных сооружений и проявил тенденцию к употреблению живописи. Фрагмент сцены на саркофаге принцессы и жрицы Кавит из XI династии, найденный в Дейр-эль-Бахри (Фивы) и хранящийся в Египетском музее Каира. На этой сцене, где за покойницей ухаживает служанка, лица обнаруживают проникновенное и суровое выражение, которое было характерным для данной эпохи

Продолжая этот стиль, фигуры из гробницы Джехути-Хетепа воспроизводят ритмичную серию фигур, нюхающих цветок лотоса, наряженных в туники, облегающие тело. Создание обособленных статуй, предназначенных для погребальной архитектуры, сократилось и уступило затем место стелам с рельефом из камня или дерева. Продолжая традицию Древнего Царства, изображаемые мотивы всегда остаются одними и теми же: покойник перед столом подношений, со своей супругой или родственниками, как это выглядело на стеле Мен-тухотепа. Композиция образуется четырьмя рисунками разных размеров. Самый большой относится к сцене, которая изображает покойника перед столом подношений, под иероглифической надписью, содержащей ритуальную формулу.

Созерцание природы

Расписная декорация в пещерных гробницах являет нам самые сложные сцены, наделенные большим динамизмом, чем в предшествующие эпохи. Сцена охоты в болотах — одна из важнейших и часто представлена в многочисленных гробницах по одной и той же схеме. В одной из гробниц знатных особ XI династии воспроизводится сцена, в которой душа покойника борется с демоническими силами, воплощенными в образах животных. Эта композиция воспроизводит вельможу на охоте на трех разных монументах, подчеркивая контраст между изображением животных в претенциозном стиле и строгостью человеческих фигур. Созерцание природы представлено во всем богатстве разнообразия рыб и птиц. Птицы (воспроизводимые с большим реализмом) расположены рядом друг с другом на кусте, как если бы каждый экземпляр занимал первый план. Между ними не существует общей связи, они являют собой последовательный порядок фигур, который заставляет зрителя задерживать взор на каждой из них, потому как общее видение оказывается невозможным. Эта композиция воспроизводит с большой правдоподобностью нормативы египетского изобразительного искусства, связанные с совершенным порядком и четкостью изображаемого. Надписи, появляющиеся в композиции, перечисляют титулы покойника.

В эпоху Нового Царства живопись заметно усовершенствовалась и достигла своего наивысшего блеска. Благодаря сочетанию различных тональностей (трех желтых и бурых и двух красных, голубых и зеленых) художники сумели запечатлеть в своих композициях совершенно неизвестные до той поры цветовую градацию и светопроницаемость. Одним из самых превосходных прототипов этого обновления является сцена, относящаяся к гробнице должностного лица времен XVIII династии Небамона (Фивы), которая изображает покойника во время охоты на птиц на болотах (Лондон, Британский музей)

Несколько надписей довершают пояснения к сцене, подробно описывая молитвы и дни, в которые полагается носить подарки в гробницу.

Живопись и рельеф в Новом Царстве

Новое Царство — это исторический период наивысшего политического, экономического и социального могущества. Фараон одновременно является абсолютным сувереном, военачальником и героем; он также представляет собой воплощение бога. Сохранилось большое число настенных росписей, относящихся к гробницам фиванской аристократии и храмам богов, отчего данная эпоха представлена лучшими образцами во всем египетском искусстве.

Барельефы из склепа Хатшепсут в Дейр-эль-Бахри выделяются, в первую очередь, своей тематикой, которая не имеет ничего общего с триумфально-воинственным изображением монархов. Царица Хатшепсут осуществляла миролюбивую политику, отчего военная тематика вообще отсутствует в данных произведениях. Расположенные на второй террасе склепа, они отражают торговый обмен со страной Пунт, мифологической территорией, расположенной к юго-востоку от Египта, куда отправлялись экспедиции в поисках ароматических трав, черного дерева, мехов и других продуктов. Возвращение в Египет представлено на различных фризах, среди которых выделяется нижний фриз с композицией, состоящей из ряда почти идентичных фигур, которые следуют одна за другой, неся стебли фимиама. На верхнем фризе плывут корабли с царскими штандартами. В том же склепе, в святилище, посвященном богине Хатхор (богиня изображена в виде коровы с солнечным диском между рогами), имеются и другие прекрасные барельефы.

Один из них изображает богиню, величественно восседающую в своей лодке под балдахином. На противоположной стене нарисована Хатшепсут в виде мальчика, сосущего вымя богини.

Живопись эпохи XVIII династии

В эпоху XVIII династии, в период, который охватывает временной отрезок от царствования фараона Тутмоса I до царствования Аменхотепа III, живопись достигает необыкновенного изящества и богатства. Неслучайно строительство некрополя для знати вблизи Фив разворачивается параллельно введенному фараонами в эпоху Среднего Царства обычаю строить свои вечные обители в глубине Долины Царей и Долины Цариц. В самом деле, распространение гробниц делает возможным развитие живописи на стенах и потолках, покрытых штукатуркой для сглаживания неровностей и достижения таким образом полной фиксации красителей.

План ритуального путешествия, которое совершала душа Нефертари. Она попадала в подземный мир и из зала Саркофага входила в царство Озириса. После возрождения душа совершала тот же путь в обратном направлении, одерживая победу над смертью. В тот момент происходило ее преображение, и она сливалась с Ра

В погребальных склепах знатных персон живопись превращается почти в самостоятельное искусство, в котором подвергаются проверке все накопленные традицией средства. Именно в таких гробницах частных лиц проявляется воля к свободе выражения, отражающая склонность к роскоши и праздникам; выделяется также воспроизведение женского тела. Контакты с азиатскими народами привносят, кроме того, новые элементы, такие, как увлечение деталями и приверженность более орнаментированным формам.

Аксонометрический вид гробни: царицы Нефертари, погребальн помещения. В нем можно увидеть сложность архитектуры этого монументального комплекса, через который душа царицы переходила из полумрака на свет, то есть из земной смерти к загробной жизни

Формы стилизуются, и усиливается впечатление движения тел, которые к тому же становятся более хрупкими. В гробнице Джесеркасеренеба имеется сцена, изображающая нескольких служанок, одевающих приглашенную на праздничное пиршество. В этой композиции бросаются в глаза естественные жесты склонившейся служанки и подношение ожерелья.

Фрагмент росписей прихожей гробницы Нефертари. По бокам двери, справа, расположены два восседающих на троне божества (богиня Хатхор-Иментет и бог солнца Ра, почитавшийся созидающим началом мира), а слева — бог Хепри. Над притолокой двери можно разглядеть богиню-грифа Нехбет, божество-покровитель Верхнего Египта. Внизу — фрагмент со стоящей Нефертарн, обращающейся к трем духам-покровителям первых ворот в царство Озириса, одного из этапов ритуального путешествия

Цвета приобрели тончайшее разнообразие. Краситель уже не наносится ровным матовым слоем, а смешанные краски создают мягкие тональные переливы, открывая переход к полупрозрачным зонам. Этот фрагмент наполняет изображение подробностями в описании одежд и причесок, давая возможность рассмотреть даже косы.

Гробница Нефертари вырыта у подножия скалистых склонов Ливийской горной цепи и представляет собой эффектный ансамбль архитектуры и живописи. Разграбленная еще в древние времена, богатейшая погребальная домашняя утварь, которую, как предполагается, содержала эта гробница, почти полностью исчезла в 1904 г., когда археолог Эрнесто Скьяпарелли начал ее раскопки. Гробница Нефертари, несомненно, самая красивая в Долине Цариц. Поскольку она лишилась всего своего движимого имущества, ее значение заключается, главным образом, в эффектном собрании настенных росписей, выполненных художниками Нового Царства. Хрупкость ее внутренней обстановки диктовала ее закрытие, поскольку разрушения, вызывавшиеся притоком посетителей, представляли собою угрозу для сохранности росписей. Когда через двадцать лет, в ноябре 1995 г., она была снова открыта для публики, росписи уже заново обрели свой первоначальный блеск благодаря тончайшим реставрационным работам, которые на протяжении шести лет осуществлялись интернациональной бригадой мастеров. Тем не менее равновесие внутренней обстановки гробницы продолжает оставаться весьма хрупким, и эксперты по реставрации считали серьезной ошибкой ее открытие заново, так как это повлечет за собой новый процесс повреждения росписей

Обилие росписей констатирует, что виртуозность изображений и большая свобода выражения всегда зависят от темы и мастерства художника, поскольку не все гробницы демонстрируют одинаковые достижения.

Сцена из гробницы писца Нахта эпохи XVIII династии в Фивах, которая изображает группу женщин, играющих на флейте, лютне и арфе на поминках. Своей известностью эта роспись обязана необыкновенной оригинальности, которую художник внес как в движения, так и в позы и ситуации. Так, например, обнаженная девушка, играющая на лютне, вьаделяется среди других благодаря цвету и гибкости изображенного тела. Эта фреска, кроме того, являет собой великолепный образец утонченного вкуса, господствовавшего в ту эпоху

Есть росписи, которые обнаруживают гораздо более высокое мастерство, такие, как фрески гробницы Нахта, где женские фигуры обладают легким и свободным эскизом, как это видно во фрагменте, изображающем женское трио музыкантов. В обнаженном теле одной из девушек выражено движение, усиливаемое положением головы, повернутой в обратном направлении, и подчеркиваемое «вибрирующими» линиями косичек. Динамизм этой фигуры поражает, особенно рядом со статичными двумя другими фигурами. Вводятся новые темы, относящиеся к погребальным церемониям. Так, воспроизводится процесс подготовки предметов, которые составляют погребальную домашнюю утварь, поездка в лодке с покойником, прощание с покойником и плакальщицы — группы женщин, сопровождающие траурный кортеж в безутешных рыданиях.

Фрагмент стелы с углубленным рельефом из дворца Эхнатона в Тель-эль-Амарне (Каир, Египетский музей), в которой фараон совершает подношение Маат (Истины) богу Солнца Атону. Религиозный монотеизм, который вознамерился насадить данный фараон и который столкнул его с высшей гражданской и религиозной знатью, внедрил новое искусство, задуманное самим монархом, наиболее радикальным и экспрессивным проявлением которого было изображение его самого, обобщенное в необыкновенно тонкой и удлиненной шее и в почти женских формах тела

В гробнице Рамоса одна из таких групп изображена в голубоватых туниках, ниспадающих волнистыми линиями в продольном направлении, что создает ощущение вибрации и усиливает выражение боли в фигурах. Глубоко опечаленные плакальщицы вздымают руки к небу в знак молитвы богам, между тем как на их лицах проступают крупные слезинки. Декорации в гробницах фараонов в Долине Царей лишены такой же свободной экспрессивности, какая проявляется в гробницах знати. Темы здесь более замкнутые и имеют религиозный и астрономический характер.

В гробнице фараона Хоремхеба, последнего фараона XVIII династии, фигуры божеств огромного размера представлены в жестких формах древней эпохи. Раскраска ровными и живыми тонами и изобилие орнаментов полностью покрывают стены и потолок. В гробнице Сети I (XIX династия) созвездиями усыпан потолок погребального склепа под покровительственной фигурой богини Нут.

Амарнская реформа: новое изображение в искусстве

Религиозная реформа, введенная Аменхотепом IV, поощряет использование экспрессивных средств, применяемых главным образом в изображении царственного величия. Условная схема фигуры (фас, профиль) сохраняется, но прежний канон претерпевает ощутимые изменения. В росписи, воспроизводящей супружескую чету Эхнатона и Нефертити с шестью их детьми (Оксфорд, Эшмолианский музей), фигуры имеют овальный череп, мясистые губы и не изображаются строго в профиль. На подбородке и шее появляются складки, равно как и в области живота, который выглядит теперь уже не плоским, а объемным. Мышцы ног обретают объем.

Цветовая гамма приобретает радикально обновленные тональности в этой сцене из красных тонов, которые простираются на фон и фигуры. Краски являются не абсолютно ровными, а интенсифицируются в определенных местах, таких, как щеки, для того чтобы выразить объемность посредством переливов тонов.

Поза у фигур уже не отягощена неподвижностью, особенно у двоих из принцесс, которые играют, сидя на подушечках. Любовь к деталям сохраняется при декорации фона изображением геометрических рисунков, а также драгоценностей.

В эпоху Нового Царства сохранялось представление о сверхъестественном могуществе фараонов, так что фараоны должны были демонстрировать свою силу пограничным народам. Именно поэтому столь частым было изображение сцен, которые воспроизводили военные эпизоды. Стела Аменхотепа III. принадлежавшая храму Мернепта в Фивах (Каир, Египетский музей), представляет фараона, управляющего колесницей, с несколькими пленниками, привязанными к лошадям, и описывает также территориальную экспансию царства

На стенах дворца царицы Нефертити в Эль-Амарне особое внимание уделяется также природе. Воспроизводятся полные растительности сады, имеется также водоем, над которым кружит множество птиц. Эти сцены, кроме того, обнаруживают живое разнообразие красок и легкость рисунка. Птицы изображаются в свободном полете. Главенствующее положение бога Атона приводит к тому, что фараон на этих росписях выглядит более человечно; вплоть до того, что вся царская семья была изображена даже в самые интимные моменты своей жизни. Интимная тональность, свойственная этим произведениям, не воплощалась никогда прежде.

Сцены борьбы

В храмы, построенные во славу богов, также внедряются сцены восхваления царского достоинства. Появляются композиции исторического характера, в которых излагаются важные события: прием иностранных дворов и героические подвиги фараонов в борьбе против чужеземцев. Искусство начинает перекликаться с безопасностью и национальной гордостью. Тема фараона в запряженной конями боевой колеснице становится особо популярной начиная с XVIII династии — колесница была привнесена гиксосами.

Фараоны Тутмосиды превращают храмы в колоссальные «полотна», на которых помещаются крупные рельефы для подкрепления идеи о роли царя как защитника. В храме Амона в Карнаке крупный рельеф представляет уничтожающего врагов Тутмоса III примерно в таком же виде, как и в изображении Нармера из I династии. Фараон выглядит бессильным перед вражескими войсками, представленными в уменьшенном размере, между тем как иероглифическая надпись называет число пленников и количество захваченной добычи. Подобная сцена будет последовательно повторяться, изображая фараонов в их завоевательных походах.

Позже Рамзес II примется использовать всякую свободную поверхность на облицовках и стволах колонн, чтобы оставить описания своих военных побед или охоты. На рельефах гипостильного зала храма в Луксоре Рамзес 11 распорядился изобразить битву с хеттами при Кадете. Это была первая крупная композиция.

Чеканка, филигрань, а также гравировка золота, украшенного эмалью и инкрустацией из полудрагоценных камней или глазированным слоем, являлись главными видами техники, которые египетские ювелиры использовали для изготовления драгоценных украшений, принадлежавших персонам высшего ранга. Ожерелье, найденное в гробнице времен XVIII династии в Фивах и хранящееся в Египетском музее в Каире. По нему можно судить об утонченном и элегантном вкусе, который отличал ювелирное дело Нового Царства

В храме Мединет-Абу Рамзес III изображен в колеснице во время охоты. Образец подвергся стилизации, и бросается в глаза изобилие и тщательность изображения деталей: складки одежды, растительность и лошади, чьи гривы прорисованы с величайшей филигранностью. Эти подробности чрезмерно перегружают композицию, но достигнутый динамизм следует отнести к числу крупных достижений изобразительного искусства.


4489192365287224.html
4489226462002235.html
    PR.RU™